Партизанскими тропами

Иллюстрированное описание похода
2021 год


24 февраля, третий день

Саурган - Париля - Ак-Су - Розовый - Улу-Узень

Поскольку снеговой покров исчезал, можно сказать, на глазах, надо было решить, что делась с санками. Спускаться с ними по мокрой и местами обледенелой дороге было бы неудобно и порой опасно – санки могли травмировать ноги. А тащить их на спине, привязанных к рюкзаку – это лишние 2 килограмма веса. Правда, я ещё втайне планировал проброситься на транспорте в район Ай-Петри или Многоречья, и уже оттуда продолжить поход, но всё равно было очевидным, что санки будут только мешать. Что ж, придётся, как и в 2014 году, их развинтить и спрятать в укромном месте. А таких мест здесь было предостаточно.

Но для начала надо было позавтракать и сложить рюкзак. Вчера, чтобы сэкономить время сегодняшним утром, я растопил много снега, и остатки воды залил в освободившийся термос. Но сегодня, когда я как обычно запаривал овсянку, обнаружил, что вода стала какого-то бурого цвета. Но было поздно – каша впитала в себя подозрительную жидкость. А на вкус я ничего не заметил, ну и ладно.

Поскольку на сегодня был намечен только спуск, я не торопился с выходом, полагая, что пройти 8 км под горку будет просто. А зря… позабыл, видно, как мы спускались с Виктором от Кутузовского озера до Изобильного, заработав гематомы на больших пальцах ног! Ну а сейчас палатка, покрывшаяся за ночь ледяной коркой, очищена и убрана, рюкзак сложен, мусор сожжён, и только санки сиротливо стояли в сторонке, ожидая своей участи.

Со следами грусти на лице (наверное!) я быстро разобрал конструкцию, винтики сложил в пакетик и вложил его в общий пакет, где лежали все металлические детали вместе с пластиковыми полозьями. Пакет основательно заклеил скотчем и пошёл искать место, где можно надёжно спрятать своё детище. Далеко идти не пришлось: увидел большой камень, окружённый более мелкими камнями; отвалил длинный плоский камень от основного, и в образовавшуюся пустоту вложил пакет. Затем этой же плитой прижал пакет, а также положил сверху немного мелких камней, так, чтобы полиэтилена вообще не было видно (). Короче, если точно не знаешь где, то и не найдёшь.

На улучшение погоды не было и намёка (), и, чтобы не отсыреть здесь окончательно, я в начале десятого тронулся в путь (). Конечно, тащить рюкзак на спине, даже немного полегчавший без санок и съеденных продуктов, было мучительно. Особенно проблемным был момент одевания его на плечи – ну не хватало у меня сил забросить его на свой горб! Я потом придумал, как упростить эту задачу: необходимо было с помощью верёвки подтянуть его на сук дерева, и, не отпуская верёвки, продеть руки в лямки. Либо найти какое-нибудь возвышение, камень или поваленное дерево. Короче, когда ничего такого нет, я просто останавливался и наклонялся до горизонтального положения спины, тем самым ослабляя давление на плечи…

Вчерашняя колея не оставляла мне сомнений в правильности пути. А в одном месте я даже срезал петлю, так как на карте была обозначена сокращёнка (). И, чем ниже я спускался, тем больше убеждался в правильности решения избавиться от санок – дорога не позволила бы везти на них рюкзак ().

Через полчаса я добрался до развилки дорог, и по карте понял, что надо поворачивать налево. И тут произошла небольшая неприятность: колея уходила круто вниз и в одном месте подтаяла; я неосторожно наступил и нога соскользнула по жидкой грязи. Каким-то чудом я вывернулся и приземлился на левую руку, и при этом подвернул немного ногу. Но, слава Богу, перелома не случилось, а растяжение со временем пройдёт. После этого момента я стал очень аккуратно наступать на наклонные поверхности, тем более что в местах, где не было снега, присутствовал лёд, а кое-где вся дорога была покрыта ледяной глазурью. В общем, чувствовал себя, как корова на льду, причём как корова с рюкзаком…

Где-то через час я дополз до родника Париля. Он находился рядом с дорогой и исправно работал (). Очень аккуратно я поднялся на пригорок к хиленькому столику со скамейкой, поставил на него рюкзак () и немного отдохнул и попил свежей водицы. С собой воду брать не стал, так как через два километра будет ещё один источник – Ак-Су. Пятнадцать минут, и снова в путь.

Очередная развилка, и я снова беру левее (). Где-то вдалеке был слышен звук бензопилы – наверное, местные заготавливают дрова. А вот и начало бетонки, по которой мы с Виктором Савиным спускались в Розовый в 2015 году (). Но я рано радовался: бетонка сплошь была покрыта льдом, я даже не пытался на неё наступить. Благо, по краю дороги шла тропа – видно, местные тоже были не дураки, и протоптали путь по траве.

К двенадцати часам я достиг поворота на Ак-Су, и поскольку бОльшую (и более сложную) часть спуска я уже преодолел, решил зайти на родник и там пообедать. От основной дороги до источника было всего триста метров, и я без труда его нашёл. Он также исправно работал. Я прошёл чуть дальше родника – к водозаборнику, прикрытому металлическим листом – это было единственное ровное место, где можно было расположиться на обед.() Потом с чайником сходил за водой и принялся за приготовление пищи. Решил не экономить, и заварил два пакета супа и два пакета гречки с мясом. Да ещё и на кофе осталось. Кстати, хочу заметить, что расход газа из-за растапливания снега было заметно выше, чем в походах летне-осеннего периода. Фактически, на третий день пути у меня в одном баллоне осталось газа на донышке! Вот бы я попал, если газа не хватило бы на Бабугане!

Родник Ак-Су находится на высоте 550 метров (), так что расслабляться рано, ещё спускаться и спускаться. Зато теперь уже не было необходимости смотреть на карту, поскольку населённый пункт Розовый уже маячил далеко внизу(). Погода и здесь оставляла желать лучшего; хорошо, что хоть дождя не было. Но температура продолжала держаться на отметке 0 - +0,5°С (). В самом селе льда не было, зато была огромная лужа, которую пришлось обходить, продираясь по каким-то кустам. Само село прошёл без остановки, только около церкви немного отдохнул, присев на каменный парапет дороги.

Наконец, миновав жилую зону, я вышел на Романовское шоссе. И, хотя времени было предостаточно – шёл третий час дня, решил ночевать здесь же – на излюбленном месте возле реки Улу-Узень. На развилке дорог () была лавочка со столиком, и я присел отдохнуть. Долго сидеть не стал, так как холодно и место неподходящее. Поэтому, пройдя мимо таблички с устрашающей надписью, что вход и въезд строжайше запрещены, я спустился к реке и сбросил, наконец, вымотавший меня рюкзак.

На реке Улу-Узень, в ста метрах от того места, где я планировал ночевать, есть брод, и теоретически можно было бы продолжить маршрут в сторону заповедника – через Ай-Йори, перевалы Сераус и Ламбат-Богаз. Но после продолжительного спуска с навьюченным рюкзаком, у меня болело практически всё, начиная со связок голеностопа и кончая шеей. В таком состоянии это будет не поход, а мука. К томе же неизвестно состояние грунтов после таяния снега. Да и погода оставляла желать лучшего. Хорошо бы отдохнуть 1-2 дня, но данное место для этого не годилось – один только шум от реки меня достал, да и место достаточно угрюмое. Вспомнился поход с Виктором: мы тогда шли до Ай-Йори почти целый день, с остановками на отдых через каждые 100 метров. Нет, надо двигать в цивилизацию, и там определиться, продолжать или сворачивать поход.

Несмотря на слегка плюсовую температуру, у реки было сыро и промозгло (). Просидев на поваленном дереве около часа, я начал замерзать. Не хватало еще простудиться, поэтому поверх куртки надел пуховик. Потом и сидеть надоело, и я стал прохаживаться вдоль берега, чтобы немного размять ноги. Палатку решил ставить ближе к вечеру, чтобы быть менее заметным с дороги. А по реке никто не ходил, только один человек прошёл от мостика в сторону шоссе, но непонятно, заметил ли он меня или нет.

Чтобы как-то разнообразить оставшееся время до сна, я помыл ботинки и решил дожечь баллон, чтобы завтра его выбросить. Воды навалом, и я вскипятил воды не только на ужин, но и на завтрак, перелив кипяток в термос. И где-то в половине шестого, пройдя стопятьсотый раз от брода до мостика, стал устанавливать палатку, тем более что было подозрение на дождь.

Под камнем сим были надёжно спрятаны мои санки
За ночь туман осел на деревьях, превратившись в сосульки
Теперь рюкзак поедет не на санках, а на моей спине
Здесь я срезал петлю дороги
Дорога представляла собой адскую смесь из снега, льда и грязи, и резко сбрасывала высоту
Родник Париля исправно работал
Около источника находился хлипкий столик с лавочкой
Ниже родника дорога стала иногда разветвляться
Впереди показалось начало бетонной дороги
Возле родника Ак-Су это была единственная ровная площадка, где можно было расположиться на обед
Родник Ак-Су собственной персоной
Дорога уверено спускалась в населённый пункт Розовый
От избытка влаги обледенели даже колючки
Развилка дорог: влево шоссе идёт в заповедник, вправо - в п. Розовый
Излюбленное место ночёвки на реке Улу-Узень
Читать далее